"Эрнст Неизвестный назвал меня сумасшедшим": экскурсия по мастерской, где делают "Маски скорби"

Опубликовано: 03.09.2018

Монумент будет полностью готов через несколько дней.

От Екатеринбурга до села Новоалексеевское около часа езды. Здесь, в частном секторе в обычном с виду коттедже, родился известный поэт Сергей Есенин, последний император Николай II, Владимир Высоцкий с Мариной Влади – и десятки других памятников, которые разъехались по всей стране.

В литейную мастерскую Ивана Дубровина мы приехали, чтобы посмотреть на "Маски Скорби" Эрнста Неизвестного, которые скоро появятся на 12-м километре Московского тракта. Работа над ними практически завершена – их отлили и сейчас патинируют, то есть искусственно старят.

– У нас остался последний этап – патинирование. Затем к нам приезжает архитектор Борис Демидов, он будет заниматься высветлением. Ко вторнику маски должны быть готовы, – объяснил Иван Дубровин, перекрикивая болгарку в шумной мастерской.

Чтобы состарить скульптуру, её сначала обжигают, а затем обрабатывают. Из глаз вытекают слёзы в форме человеческих лиц. "Маски скорби" занимают половину мастерской. Их общая стоимость, по словам Ивана, 10 миллионов рублей.

Мемориал, посвящённый памяти жертв политических репрессий, весит шесть тонн, а его высота – три метра, хотя по первоначальному замыслу была 15. Скульптура состоит из двух плачущих масок – маски "Европа" и "Азия", одна смотрит на запад, другая на восток. История этой композиции началась четверть века назад. В 1990 году Эрнст Неизвестный подписал ещё с властями Свердловска договор об установке памятника жертвам сталинских репрессий, но вопрос затянулся и решился только через двадцать с лишним лет.

– В 2015 году из Нью-Йорка мне позвонила жена Эрнста Неизвестного, я был очень удивлён, я помню, что это было в шесть утра. Сначала я подумал, что это розыгрыш, потому что я живу в маленьком городе (Иван живёт в Ревде. – Прим. ред.), и мне говорят, что мы будем делать это великое произведение, – рассказал руководитель литейной мастерской Иван Дубровин. – Наша задача – перевести в вечный материал то, что сделал мастер. Когда тебе скульптор доверяет свою работу, это то же самое, как он тебе ребёнка доверяет. Когда мы начали делать "маски", я чувствовал, что Эрнст был с нами рядом, у нас не было ни одного трудного момента, когда мы делали этот памятник.

– Внутри между собой "маски" стянуты. Механические соединения сделаны из нержавейки – это вечное, мы на них гарантию сто лет даём, – пояснил Иван Дубровин. Через несколько дней, когда закончат с патинированием, "маски" будут высветлять, как на фото это делает Иван.

Каждый этап работы отслеживала семья Неизвестного, и в то же время, по словам Ивана, они доверились уральским мастерам.

– С Эрнстом я разговаривал по телефону всего один раз. Я ему позвонил и говорю: "Эрнст Иосифович, я просто счастлив, что услышал ваш голос, я хотел бы получить от вас благословение на то, чтобы начать отливать маски". Он мне в ответ: "Как ты будешь отливать, заказа ведь нет, это такие деньги". Я сказал, что у меня есть внутренняя потребность начать отливать маски, и Неизвестный мне сказал: "Ты сумасшедший".

Скульптуру отливали на РТИ три месяца.

Свердловский скульптор прославил наш город на весь мир, считает Дубровин, и именно Эрнст Неизвестный настоял на том, чтобы маски отливались на Урале. "Маски" увозили из Екатеринбурга в Челябинск, вокруг них даже развернулся скандал, но всё-таки спустя несколько лет они вернулись на родину. Долгое время на отливку не было финансирования, тогда Иван решил вложить свои четыре миллиона рублей, говорит, что в нём всегда была уверенность, что этот проект состоится.

– На каждом этапе Эрнст был рядом, мы это чувствовали, и всё состоялось. История вершится тогда, когда ты делаешь неординарный ход, история любит сильных людей, – пояснил Иван. – Когда мы с ним говорили, он мне сказал гениальную фразу: "Никогда не ругай власть. Если суждено "маскам" встать, то они встанут".

Эрнст Неизвестный был философом, говорит Иван. На столе у руководителя литейной мастерской лежит журнал, на обложке которого изображён великий скульптор.

Стремление скорее приступить к работе Иван объясняет ещё и тем, что хотел увековечить "маски" в "вечном" материале. Гипсовые маски-макеты легко сломать, а бронзовые будут жить веками.

– Он говорил, что это очень символично, потому что он родился в этом городе. Символично и то, что они отлиты уральскими мастерами и из уральской бронзы, в них вложен уральский дух. Мы сейчас приобретаем новое произведение искусства мирового уровня, – добавил Иван.

Точной даты, когда будут открывать "Маски скорби" на Московском тракте, пока что нет – предположительно, это произойдёт ближе к концу ноября. По словам Ивана, на открытие должна приехать дочь Неизвестного и вдова Солженицына.

Так "маски" выглядят изнутри. Монумент установят за пять дней до открытия.

У Ивана масштабный план – он хотел бы закончить то, что не успел сделать Эрнст Неизвестный.

– Я хочу, чтобы в Воркуте тоже памятник был. Самого Эрнста нет, но есть эскизы, по которым можно реализовать треугольник скорби, как он задумал: Магадан, Свердловск и Воркута. Я готов в этом поучаствовать. До Магадана я пока не доехал, но обязательно посещу это место, – пояснил Иван.

Известный 15-метровый монумент "Маски скорби" в Магадане стоит с 1996 года, его Иван изучал по фото и видео.

После того как мы посмотрели "Маски скорби", Иван Дубровин рассказал про другие свои работы – их насчитывается около 400, и находятся они в 124 городах России. Памятники, сделанные уральскими мастерами, есть и за пределами нашей страны, например, в Минске установлен памятник Владимиру Мулявину, а 9 ноября Иван полетит в Киргизию на открытие памятника народному артисту СССР Суйменкулу Чокморову.

В кабинете Ивана как в музее.

Самая первая работа, которую сделали в этой мастерской – это памятник Владимиру Высоцкому и Марине Влади у торгового центра "Антей". Много работ уехали в Курганскую область – там живёт бронзовый Сергей Есенин, агроном Терентий Мальцев, а недавно открыли скульптуру Петра и Февронии.

Иван считает, что это самый идеальный памятник святым Петру и Февронии, который существует в России. Совсем недавно здесь стоял 7-метровый бронзовый памятник сестре последней русской императрицы Елизавете Фёдоровне, который установили в Алапаевске. Этих собачек в подарок на Новый год заказала администрация президента. Николай II стоял в селе Шушенское Красноярского края, но потом фирма, на чьём балансе он находился, обанкротилась, бюст продали на аукционе москвичам, а те перепродали его мастерской Дубровина. Наши мастера съездили за ним, так он и вернулся обратно.

Напомним, в 2015 году на 12-м километре Московского тракта был заложен камень. О том, что монумент откроют осенью, стало известно летом, после поездки омбудсмена Свердловской области Татьяны Мерзляковой в Магадан. А несколько дней назад специальная комиссия, в которую входят чиновники мэрии и представители творческой общественности, провела приёмку композиции "Маски скорби".

Текст: Мария ИГНАТОВА

Фото: Алексей ЗАРЕЦКИЙ / Е1.RU; Любовь КАБАЛИНОВА / Президентский центр Б.Н. Ельцина; wikipedia.org

rss